Хотите добавлять новости на сайт? Создайте свой аккаунт или войдите. Создать аккаунт

Everybody says I love you

Просмотры: 94 Комментарии: 0

Глава 1.

Who’s that girl?
Where’s she from?
No, she can’t be the one
That you want
That has stolen my world
It’s not real
It’s not right
It’s my day
It’s my night
By the way, who’s that girl?
Living my life
Hilary Duff, «Who’s That Girl»

— Какого черта?- именно такой была первая мысль Виктории Пасс, проснувшейся от пронзительной трели будильника в 7 утра. Решив во чтобы то ни стало угомонить бесовское изобретение, девушка шарахнула кулаком по без того ветхому приспособлению и, возрадовавшись тому, что наконец стало тихо, снова закрыла глаза. Но противный сон видимо решил поиграть с ней в прятки, так как упорно не хотел являться, предоставив в качестве альтернативы легкую дремоту. Оставив бесполезные попытки вновь провалиться в несуществующую реальность, Вико встала с постели. Оглядев тумбочку и пол, где покоились осколки разбитого будильника, девушка уныло поплелась за совком, дабы убрать результат раннего подъема, что называется, не с той ноги. После наведения порядка в родных пенатах Вико заглянула в комнату к отцу. Едва она отворила дверь, как ее обдало стойким запахом сигарет и алкоголя. Родитель спал прямиком в одежде на скомканных не слишком чистых простынях. Рядом лежало существо женского пола, с тем отличием, что оно было раздето. Волосы были неестественно светлыми. — Очевидно, переборщила с перекисью, — опередила Вико. Расплывшаяся косметика уродовала и без того неприятное лицо, а терпкий запах дешевых духов дополнял общую картину.
— Проститутка очередная, — постановила девушка и, плотно притворив за собой дверь, вышла из комнаты.
Вернувшись к себе, Вико закрыла на ключ дверь и пошла в душ. Струйки теплой воды, лаская тело, быстро согревали. Она села на кафельный пол и обняла колени. Вода продолжала скользить по спине, плечам, подбородку. Она рассматривала свои руки, усеянные синими пятнами, начиная с предплечья и заканчивая запястьем. На груди красовался кровоподтек, отчаянно саднящий и постоянно напоминающий о себе. Слезы уже стояли в темно-карих глазах, словно ожидая команды, разрешающей покрыть бледные щеки солеными дорожками. Но, помня об обещании, данном себе позавчерашним вечером, она сдержалась, и ненавистные мелкие капли, не достигнув пункта назначения, так и остались стоять в глазах. Затем, наспех позавтракав, Вико принялась наносить макияж. Обильным слоем тонального крема покрыла левый висок, который рассекала большая царапина, и подбородок, где снова прочно обосновались синяки. Не став долго раздумывать над тем, что надеть, Вико выбрала черную водолазку с длинным рукавом — подарок Мии — и низкие темные джинсы на бедрах. Осторожно выглянув за дверь и убедившись, что коридор пуст, Вико выскользнула из комнаты.

Глава 2.

Try to walk away and I stumble
Though I try to hide it, it’s clear
My world crumbles when you are not near
Goodbye and I choke
Macy Gray I try.

«What’s fucking happened?» — это было первым, что она услышала, войдя в буфет, бывший сосредоточением ее одноклассников перед уроками, после уроков и в промежутках между уроками.
— What’s fucking happened? — снова повторил Лассен, критически оглядев Вико и усмехнувшись,- подружка, черный прикид — это траур по целке, да?
— А твою голубую футболочку как оценивать в таком случае, Лассен? — послышался голос Рокко, сидевшего за соседним столиком и опередившего Вико, которая желала самостоятельно заткнуть бывшего парня.
— На что-то намекаешь, патлатый? — свирепо спросил Гидо, угрожающе разворачиваясь к Рокко.
— Нет, просто спрашиваю. Исходя из твоих скудных размышлений, одежда символизирует настроение и эмоции человека, вот я и позволил себе продолжить сей гениальный ход твоих мыслей и сделать вывод о том, что одежда может символизировать еще и склонности.
— Что?- не понял Гидо.
— Не перебивай, я еще не закончил, — невозмутимо ответил Рокко,- я тебе толкую о том, что ты, вероятно, имеешь склонность к гомосексуализму.
— Что?- глаза Гидо стремительно округлялись, а весь вид парня давал понять, что кровопролитие — это меньшее из того, что грозит Фуэнтесу — Эчагуе.
Гидо перекинулся через столик Рокко в надежде схватить последнего за грудки, но парень оказался проворнее и проскользнул мимо Лассена. Гидо с жутким грохотом плюхнулся на пол. Ребята в буфете разразились хохотом, а Рокко залез на стул, выбросил вверх левую руку и продекламировал:
— Возрадуйтесь же, учащиеся славного колледжа, ибо только здесь вам представилась уникальная возможность наблюдать за эволюцией обезьяны, в народе широко известной как Гидо Лассен, переставшей наконец стесняться своей темной сущности и открывшей общественности свои склонности голубой окраски. Но вынужден вас предупредить, обезьяна весьма агрессивна, позволю себе предположить, что все это является частью брачных игр. Именно таким образом она и привлекает самцов.
Гидо рванул к Рокко с воплями:
— Убью засранца! — но вовремя подоспевшие Пабло с Томасом не дали свершиться катастрофе и выволокли из кафе разъяренного Лассена, успевшего все же крикнуть:
— Ночевать не приходи, ублюдок. Иначе узнаешь, что такое гнев агрессивной обезьяны на собственной шкуре.
Вико, безмолвно наблюдавшая за этой сценой, невесело усмехнулась.
— Я-то думала, ты другой,- сказала она, обращаясь к Рокко, — а ты типичный придурок. Лишь бы на публику сыграть. В следующий раз не лезь, я сама прекрасно справляюсь с Гидо.
— Если ты не заметила, я тебя защищал, а не на публику работал,- обидевшись, пробурчал Рокко, слезая со стула,- видел я, как ты с ним справляешься. Едва не зарыдала.
— Слушай, ты, шут гороховый, я никогда не плачу. Заруби себе это на своем любознательном носу. Никогда,- проговорила Вико по буквам, хлопая дверью.
— Вико, Вико, подожди,- Рокко хотел броситься вдогонку девушке, но был остановлен Блассом, подоспевшим на шум.
— Так, что за беспредел устроили?- прогремел староста,- Фуэнтес — Эчагуе, какого черта по стульям скачешь? Задатки горного козла дают о себе знать?
— А за козла можно и получить,- пробормотал Рокко.
— Ты что-то сказал? — нахмурился Бласс.
— Нет, что Вы, синьор Эрредиа, олигофрения в стадии имбецильности прогрессирует, говорю. В основном среди старшего поколения, Вы не подвержены случайно, а то Вы странно выглядите?
— А ну марш на урок, а то сейчас я тебе диагнозы ставить начну,- рявкнул Бласс.
— Вот и нервозность Ваша, кстати, неспроста появилась, Вам бы к доктору, — бросил Рокко и выскользнул за дверь.
— А ну по классам все! Звонка не слышали, или мне персонально для каждого просигналить???
Через минуту буфет опустел. Анна недоверчиво уставилась на старосту.
— Чего пялишься? Соку налей лучше, в дурдоме, ей Богу, проще работать,- проговорил Бласс, обессилено плюхаясь на стул.
— Сеньор Эрредиа, — смущенно начала Анна, ставя перед ним стакан апельсинового сока.
— Ну что еще? — он устало посмотрел на нее.
— Тот стул, ну, на котором вы сидите, — это тот самый, на котором Рокко только что скакал, — хихикнув, выдавила Анна.
— Твою мать, что ты раньше молчала??? — закричал Бласс, подскочив,- не школа, а пристанище повальных идиотов, и Фуэнтес-Эчагуе еще мне говорить будет об имбецильности? Да здесь каждый второй кретин, — с чувством произнес староста, хлопнув дверью.
Проводив его взглядом, Анна рассмеялась. Штаны и в самом деле были изрядно грязными. Ну, теперь Рокко не жить. Желающим придушить парня можно вставать в очередь за Гидо и присоединившимся Блассом, которые своего явно не упустят.

Глава 3.

Урок математики прошел на редкость спокойно, если не считать того, что Соль дважды выходила к доске, очевидно, твердо вознамерившись влюбить в себя красавчика-преподавателя. Но интегралам были безразличны мотивации юной красавицы, они наивно ждали решения. Девушка не рассчитала, что, выйдя к доске, ей придется еще что-то решать, искренне полагая, что короткая юбка и расстегнутые верхние пуговички белоснежной рубашки сделают свое дело, и преподаватель, влюбившись мгновенно, забудет о существовании на свете такой бесполезной вещи, как математика. Но забывать преподаватель почему-то не хотел, и кроме интегралов приплел еще и логарифмы. Такого напряжения голова Соль не выдержала, и она грохнулась в обморок.
Тяжело вздохнув, молодой учитель произнес:
— Ребята, помогите ей прийти в чувства, урок окончен,- наспех собрав свои вещи, он покинул класс.
К Соль тут же бросились Фер и Томас. Парень отчаянно хлестал девушку по щекам, так как, если следовать совету хитрой Мариссы, этот способ был особо действенным для начинающих моделей. Придя в себя, Соль отвесила Томасу оплеуху и выбежала из класса. За ней бросились Фернанда и Фэли. Томас, потирая горящую щеку, прошипел:
— Идиотка ты, Спиритто, хотя, что от тебя ожидать можно.
Марисса лишь рассмеялась и сказала:
— Я, может, и идиотка, а как назвать тебя, Эскурра, если ты искренне веришь, что упавших в обморок моделей приводят в чувство только интенсивными шлепками по щекам?
— Не лезь к нему, Спиритто, а ты, Томас, думай, чьи советы слушаешь,- сказал Пабло.
— О, для полноты картины не хватало только тебя, Бустаманте. Зови Лассена, и можно считать собрание кретинов состоявшимся. Хотя, Лассен может отдохнуть, вас же двое, что подразумевает кворум. Общайтесь, ребятки, оставляю вас наедине. Бустаманте, а ты бы обучил Эскурру обращению с девушками, у тебя так здорово получается, особенно если папа твой им приплачивает.
— Слушай, ты, шизофреничка клиническая, я бы на твоем месте заткнулся, — побагровевший от злости Пабло схватил девчонку за руку,- тебе, кажется, никто не платил за общение со мной год назад, или я ошибаюсь?
— Уж лучше бы заплатили, было бы хоть какое-то оправдание тому недоразумению, — Марисса выдернула свою руку из руки Пабло.
— Даже так?? Пабло ухмыльнулся,- ну так это можно исправить в два счета, — он достал бумажник, — тебе сколько, детка? А на сегодняшнюю ночь я тебя арендовать могу? Ничего, что я так сразу беру быка за рога? А что тормозить, если ты сама попросила? — Пабло сунул в нагрудный карман ее рубашки несколько купюр.
Марисса вытащила деньги, смяла их в ладошке и швырнула ему в лицо.
— Найди им другое применение, придурок. А меня оставь в покое,- сказала девушка и, повернувшись спиной, направилась на женскую половину.
— А я к тебе и не приставал, дура, — крикнул Пабло ей вслед.

Глава 4.

Рокко разыскивал Вико весь оставшийся день. На последние уроки девушка явиться не соизволила, на смс-ки не отвечала, а дома к телефону подошел какой-то мужик и весьма грубо сказал, что Вико в школе. Отсидев литературу, Фуэнтес-Эчагуе обошел все здание, рискуя наткнуться на старосту или Лассена. Пальма первенства была отдана последнему, так как он настиг Рокко раньше, чем Бласс.
Прижав парня к стене, Гидо предложил:
— Поговорим, ублюдок?
— Господи, как же вы меня все достали. С вами по-хорошему стараешься, учишь вас, а в итоге остаешься виноватым.
— Ты о чем, придурок? — не понял Лассен.
— Разрыв шаблона,- ответил Рокко.
— Что?- снова ощутил себя идиотом Гидо.
— Не бери в голову, все равно не поймешь. Слушай, а ты же меня ночью убить хотел, передумал? Что так?
— Ты что, совсем страх потерял?- искренне изумился Гидо.
— Нельзя потерять то, чего не имеешь, — устало пояснил Рокко,- и отпусти меня наконец, не ты же мне рубашки гладишь.
К удивлению Рокко, Гидо почему-то послушался.
Ребята присели на ступеньки. Лассен обшарил карманы в поисках сигарет, но попытки не увенчались успехом.
— Снова Томас спер,- резюмировал Гидо.
— Курить бросай, — посоветовал Рокко,- а то станешь похож на зеленого человечка.
— Что?- в который раз спросил Лассен.
— А то! Знаешь, какой недавно вирус открыли?? Рокко напустил на себя важность и уверенность и сам же поучительно ответил,- Не знаешь, а потому что книжки читать надо. Вирус в сигаретах нашли. В каждой четвертой сигарете, независимо от того, кто изготовитель и какая марка, содержится вещество, способное превратить человека в мутанта. Вот такие дела.
— А ты не врешь?
-Я???? Да ты что, Лассен, зачем мне врать, я же о тебе беспокоюсь. Думаешь, мне приятно будет с тобой зеленым в одной комнате жить?
Гидо внезапно рассмеялся:
— Точно, придурок. Ладно, живи пока, не буду тебя трогать, но предупреждаю, еще одна шутка про гомика, и ты покойник.
— Тогда и я тебя предупрежу, еще раз заденешь Вико, я не то что про гомиков шутить буду, я такую сплетню состряпаю, что Зигмунд Фрейд отдыхает, ясно? Заявлю на всю школу, что мы с тобой педики, сниму тебя, пока ты спать будешь, и сделаю такой фотомонтаж, что не отмоешься. Понял?
— Для тебя она так важна?
— Нет, я просто в тебя влюбился,- съязвил Рокко,- важна. А вообще, не твое это дело. Я предупредил.
— Ладно, я не дурак.
— С чем я бы поспорил,- невнятно произнес Рокко.
— Что ты сказал?
— Тихо сам с собою. Мы друг друга поняли,- Рокко поднялся со ступенек и пошел продолжать поиски Вико.
— Эчагуе? — крикнул Гидо.
Рокко обернулся.
— Да?
— Она хорошая девчонка, береги ее.
— Удивил, кретин,- произнес Рокко тихо.
Облазив все потайные места и закоулки колледжа, Рокко почти сдался. Вико не было нигде. Сообразив, что она где-то на улице, парень решил во что бы то ни стало выйти из здания. Бласс как раз стоял на выходе. Не имея ни малейшего представления, как отвлечь старосту, Рокко набрал Спиритто.
— Алло, — раздался в трубке сонный голос.
— Ты что, спишь?- прошептал парень, — давай, вытаскивай свой зад из постели и дуй вниз. Мне нужна твоя помощь. Нужно отвлечь Бласса.
— Старичок, ты не по адресу, за этим лучше к Мие, на меня у него аллергия.
— Марисса, друг ты или нет? — возмутился Рокко, — как я, по-твоему, потом с Мануэлем объясняться буду, он меня четвертует, если узнает, о чем я просил его девушку.
— Так, а за меня, значит, заступиться некому, вот и ты прицепился.
— Я не прицепился, я друга о помощи прошу, а ты.., — обиженно ответил Рокко и отключил телефон.
— Рокко, Рокко,- кричала Спиритто в трубку, — вот, кретин, — девчонка выскользнула из постели, надела тапочки и помчалась вниз. По дороге, естественно, встретился Бустаманте.
— О! Спиритто в нижнем белье по коридорам разгуливает? Класс! Киска, ты не меня ищешь, мое предложение еще в силе, я могу заплатить, — Пабло хищно улыбнулся.
— Киской звать будешь проститутку очередную, что тебе папа купит, дебил, дай пройти, у меня дела.
— И какие дела могут быть у девушки вечером, да еще и в таком виде? Пабло продолжал стоять в проходе.
— На свидание к Блассу иду, ты еще не в курсе, Бустаманте? Ты обо всем узнаешь последним, мы же встречаемся. Сегодня переспать с любимым решила. Вот и пижаму прикупила специально для этого случая, — сказала Марисса, кивая на свои короткие шорты.
Улыбка мгновенно сползла с лица Пабло, губы растянулись в кривой усмешке.
— А что, он платит больше?
— Представь себе, с ним я бесплатно. Уж больно хорош. Ты бы у него уроки взял, я договориться могу, он тебе мастер-класс проведет. Глядишь, и папины деньги не понадобятся. Проваливай, сказала, я тороплюсь, — оттолкнув Пабло, Марисса гордо прошествовала по коридору. Едва скрывшись за поворотом, она буквально скатилась по ступенькам, боясь, что Рокко предпримет что-то без нее* и попадет в неприятности.
Придя в свою комнату, Бустаманте сел на постель. Запустив пятерню в шевелюру, он раздумывал на тем, что сказала противная Спиритто. Переспать с Блассом решила.
— Ну, я тебе кайф-то обломаю, зараза маленькая, — произнес парень и вышел из комнаты.
Тем временем Рокко, не найдя подходящего варианта отвлекания внимания Бласса, решил договориться полюбовно. Вышло же с Гидо, в конце концов. Едва он сделал шаг, как тут же был схвачен Мариссой за шиворот и втащен обратно.
— Совсем спятил, хиппи? Хочешь полы в колледже драить? — прошипела Марисса.
— При чем здесь полы?
— В прошлом году Агирре пылесосил книги в библиотеке, наверное, Эрредиа в этом году что-то новое выдумал. Я слышала, что уборщица как раз уволилась.
— Я думал, ты не придешь.
— Дурак,- обиделась Марисса, — когда я друзей в беде оставляла? Ты лучше объясни, какого черта тебе понадобилось из колледжа сваливать ночью?
— Не ночью, сейчас только 10 вечера,- поправил Рокко,- Вико пропала. Я весь колледж прочесал, нет ее нигде, я переживаю.
— А дома?
— Марисса, ты меня совсем за идиота держишь? Естественно, домой я перво-наперво позвонил. Нет ее там. Где-нибудь на улице шатается. Неприятности у нее. Я давно подозреваю. Короче, выйти мне надо. Поможешь?
— А зачем я здесь, по-твоему? Только как? .
Разговор прервала реплика появившегося Бустаманте:
— И с этим, значит, путаешься? Любвеобильная ты, Спиритто, оказывается.
— И с Блассом, и с Рокко, и к Дунофу иногда заглядываю, когда у него с женой проблемы. Пилар даже подумывает меня в своей комнате поселить. Мы сроднились, — заявила Марисса.
— Ты что, весь колледж сюда пригласила? — спросил Рокко, не обращая внимания на свирепого Пабло.
— Это не я, он сам приперся,- возразила Марисса.
— У него с головой все в порядке, что он про Бласса несет? — прошептал Рокко.
— Он дурак, это у них наследственное, не обращай внимания, давай вернемся лучше к нашему плану.
— Хватит говорить обо мне в третьем лице, — угрожающе начал мэрский отпрыск.
— Тогда сделай одолжение, убери свое третье лицо и дай нам спокойно решить наши проблемы.
Но Пабло был непреклонен. Демонстративно скрестив руки на груди, он заявил:
-Спиритто, я останусь здесь и не дам тебе совершить глупость. Ты мне потом еще благодарна будешь.
-Что он городит? — недоумевал Рокко.
— Я же тебе говорю, он чокнутый. Приснилось что-нибудь, наверное, или перепил.
— Пабло, Пабло, — Марисса щелкнула пальцами перед лицом парня и сказала:
— Ты спишь, слышишь, это все сон. Давай-ка, отправляйся обратно в кроватку.
— Мари, стой, а он может нам помочь, — предположил Рокко.
— Что?- Пабло невольно отшатнулся, — Спиритто, имей в виду, я не любитель групповухи.
— Совсем башню оторвало, — вздохнула Марисса, — но ты прав, Рокко. Недолго думая, девчонка сняла топик, и, оставшись в одном лифчике, притянула к себе Пабло. Парень опешил, но почему-то не сопротивлялся. Повалив его на пол, Спиритто прошептала:
— Удачи, Рокко, — и заголосила что было мочи.
— Насилуют!!!!!

Фуэнтес — Эчагуе притаился за другой стороной колонны и стал ждать, когда на вопли примчится Бласс. Староста не заставил себя долго ждать, появившись через минуту.
Рокко тем временем побежал к выходу.
— Что происходит? — спросил подоспевший Бласс, увидев полуголую Спиритто на полу в обнимку с Бустаманте.
— Ему еще объяснять надо. Пока ты там журналы порнографические читаешь, этот извращенец на меня напал, — сказала Марисса, поднимаясь и надевая топик.
— Насиловали, значит? А какого лешего ты, Спиритто, оказалась в холле полуголая?
— Так она к тебе шла, кретин, — не выдержал Пабло.
— Ко мне? Спиритто, что за шутки?
— Да какие уж тут шутки. У Пабло просто крыша едет.
— Так он к тебе приставал или нет? Ты мне объяснишь?
— Он? Приставал? Да ты на него посмотри, к кому он приставать может? — приняла невозмутимый вид Марисса.
— Зачем же ты кричала? — Бласс пытался тщетно разобраться в обстановке.
— Я кричала? Эрредиа, тебе плохо? Я в туалет вышла, а тут ты прибежал, допрос учинил.
— Ты что, Спиритто, за идиота меня держишь? Я же отчетливо слышал твой визг, к тому же ты сказала, что Пабло пытался тебя изнасиловать.
— Да не говорила я этого. Эрредиа, тебе спать больше надо и витамины принимать, а то так и до дурдома недалеко.
— Бустаманте, она же кричала, подтверди, — не реагируя на замечания девчонки, недоверчиво спросил Бласс.
— Нет. Она не кричала, — сказал Пабло, вытаскивая свою посиневшую конечность из руки Спиритто.
— Так, а ну марш по комнатам. Завтра с директором разговаривать будете, — Бласс обессилено вздохнул и взялся за голову.
— Бласс, а ты позвонил бы моей маме, она тебе телефончик доктора одного даст, который ее наблюдает. У моей маман тоже в последнее время с головой плохо,- предложила Спиритто, — и знаешь, доктор замечательный оказался, прописал ей таблеточки чудодейственные. По крайней мере она теперь может контролировать проявление своих бурных эмоций.
— Спиритто,- угрожающе начал староста, — твоей матери буду звонить не я, а Дунофф, и сосем по другому поводу. Когда утром он узнает о том, что здесь произошло, я думаю, ты перестанешь так веселиться.
— О чем ты, Эрредиа? Здесь ничего не было. Я в туалет шла, а что вы с Бустаманте вдвоем делали в холле, понятия не имею,- Мари зевнула, давая понять, что все происходящее ей глубоко безразлично.

— Меня не вмешивай, припадочная, — ответил Пабло, — я воздухом подышать спустился. Плохо мне стало.
— Ну тогда, Эрредиа, тебе точно доктор нужен, — подытожила девушка.
— Вон!!! — заорал Бласс.
— Не ори, — спокойно сказала Мари, — всю школу перебудишь, еще уволят, как мы без тебя будем? Ты у нас почти достопримечательность, умудрился менее чем за 2 года испортить жизнь всем обитателям сего славного заведения. Пошли, Бустаманте.
Под бдительным взглядом старосты ребята поднялись на второй этаж.
— Что ты мне наплела про тебя и Бласса? Могла бы сразу объяснить, что идешь выручать Рокко, я бы помог.
— От тебя помощи, как с козла молока, Бустаманте. То тебя доходит медленнее, чем до жирафа.
— А зачем Рокко понадобилось убегать?
— Вот завтра у него и спросишь, — заключила Марисса и взялась за дверную ручку своей комнаты, — спокойной ночи.
— И тебе, — ответил Пабло, направляясь к себе.
— Марисса? — тихо позвал он.
— Что?
— Ты все-таки сумасшедшая.
— Удивил,- пожала плечами Спиритто и скрылась в полумраке комнаты.

Глава 5.

She sits in her corner
Singing herself to sleep
Wrapped in all of the promises
That no one seems to keep
She no longer cries to herself
No tears left to wash away
Just diaries of empty pages
Feelings gone astray
Ben Moody feat Anastacia Everything burns

Выйдя на улицу, Рокко поежился от холодного ветра, швырнувшего ему в лицо пригоршню холодных капель. Посетовав на отсутствие зонтика, парень натянул капюшон и шагнул в темноту. Проливной дождь хлестал по щекам, оседая на ресницах. Пряди мокрых волос, не защищенные капюшоном, слиплись и настойчиво лезли в глаза. Впервые за всю свою сознательную жизнь в образе неформала у Рокко Фуэнтеса Эчагуе возникло желание обкорнать свои патлы. Решив больше не продолжать сражаться с дождем, Рокко обшарил карманы. Отыскав несколько банкнот, парень улыбнулся и решил, что жизнь, в общем-то, хорошая штука. Поймав такси, он быстро назвал водителю адрес и удобно устроился на заднем сидении. Он решил все же съездить в дом Вико. Что-то настораживало его в том придурке, которого она представила парню как друга своей матери. И что-то подсказывало Рокко, что именно этот придурок подошел к телефону, когда он звонил проверить, дома ли Вико. Если он снял трубку, вероятно, там живет. А Лассен сказал, что мать Вико живет в другом городе, выходит, никакой он не друг ее матери. Тогда кто? Брат? Рокко его, конечно, не видел никогда, но мог без труда определить, что этот мужик примерно 40 лет в статусе брата явно пребывать не может. Какой брат, к чертовой матери? С разницей в возрасте в 20 лет? Данный вариант отпадает. Тогда кто, друг Вико? Нет, в это он верить решительно отказывается. Может, у Вико и было раньше много парней, но именно парней, а не мужиков. И что остается? А остается то, что он ее отец.
— Все верно, Фуэнтес Эчагуе, он ее отец, — заключил Рокко, произнеся это вслух.
— Ты что, парень? — встрепенулся водитель.
— А? Ничего, погода отвратительная, говорю.
— И не говори,- водитель продолжил что-то рассказывать, но Рокко его совсем не слушал, пытаясь разобраться в том, почему Вико скрывает правду. Если она утаила, что этот человек ее отец, значит, есть основания. Но какие?
— Приехали, — сказал водитель, останавливая машину у ворот неприметного серого дома.
Расплатившись, Рокко огляделся. Дождь почти стих. Сняв капюшон, парень стряхнул с волос капли воды и постучал. Дверь ему никто не открыл, тогда он взялся за ручку и повернул ее. Войдя в темный коридор, Рокко тут же споткнулся и полетел на пол. Выругавшись, парень поднялся и отряхнул джинсы. С недовольством отметил, что порвал штанину, так как, падая, зацепился за гвоздь, торчавший из двери. Ощупав ушибленную коленку, Рокко огляделся в поисках включателя. Парень безуспешно шарил по стене, подсвечивая сотовым телефоном. Внезапно раздался грохот, сопровождаемый женским криком. Освещая себе мобилкой дорогу, Рокко бросился наверх по ступеням, отчаянно скрипевших под тяжестью его ног. Распахнув дверь, вероятно, в комнату Вико, как определил парень, так как на двери висел плакат HIM, он увидел следующую картину. Вико лежала на полу, свернувшись калачиком и закрыв ладонями лицо. А над ней навис тот самый мужик, что занимал мысли Рокко уже несколько дней. Тот самый
человек, родство с которым Вико тщательно скрывала. Он громко кричал, щедро сдабривая свою речь матами и иными оскорблениями, в которых доминировало, главным образом, тварь. Вико лишь только плакала и молила прекратить. Не помня себя от нахлынувшей злобы, Рокко, схватив со стола вазу, бросился на мужика. Тот наконец-то заметил присутствие парня и, пьяно покачнувшись, произнес:
— А ты кто такой, твою мать? — он приблизился, и Рокко ощутил сильный запах алкоголя.
Не долго думая, Рокко саданул по темечку придурка той самой вазой, что держал в руках. Мужик рухнул на пол, повторно ударившись головой о пол.
— Вико, Вико,- Рокко сел на корточки рядом с девушкой, которая, казалось, совсем потеряла чувство реальности и лишь только бормотала беспрестанно:
— Не надо, папа, не надо, я буду хорошей девочкой.
Аккуратно отняв ее ладони от лица, Рокко тихонько произнес, глядя ей в глаза:
— Вико, малыш, это я. Все кончилось, слышишь? Он больше не сделает тебе больно.
Вико подползла к нему как щенок и, вцепившись в его куртку, спряталась у него на груди. Она дрожала, и парень, не зная, что делать, просто начал ладить ее по голове, тихо шепча, что все позади.
Подождав, пока дрожь стихла, Рокко, аккуратно взяв ее за подбородок, заставил посмотреть на себя.
— Вико, послушай меня. Он скоро придет в себя, ну или может, по крайней мере, нам нужно выбираться. Давай я сейчас тебя осторожно подниму, ты обопрешься на меня, и мы уйдем отсюда. Хорошо?
Плохо понимая суть происходящего, девушка только послушно кивнула. Рокко взял ее за руку, усадил на кровать. Открыв платяной шкаф с одеждой, парень выудил оттуда кожаную куртку.
— Надень, там холодно.
Рокко застегнул на ней куртку и поправил воротник. Вико вцепилась в его ладонь так, что она посинела, но Рокко не подал вида, что ему больно. Это меньшее из того, что он мог сделать. Меньшее. По сравнению с той болью, что сейчас переживала она. И все то время, находясь в одном доме с этим придурком. Он старался не думать об этом. Он просто не мог позволить себе думать об этом, потому что когда он представлял, через что ей пришлось пройти, у него внутри все непроизвольно сжималось. Глядя на нее, ему хотелось плакать. Но он запретил себе даже мысли об этом, каждую секунду повторяя, что Вико нужна сейчас сила. Его сила.
Вызвав такси, он повел ее вниз. В дверном проеме она обернулась.
— А он жив? — спросила она, кивая на тело, распластавшееся на полу.
— Жив, очухается, не волнуйся.
— Я не волнуюсь. Наверное, нельзя так говорить, но сейчас мне плевать, выживет ли он. Больше того, я даже хочу, чтобы он сдох.
— Идем, — Рокко потянул ее за собой.

Всю дорогу Вико смотрела в окно, не выпуская его руки и не переставая плакать. Он никогда не видел, чтобы кто-то так плакал. Эти слезы не были истеричными рыданиями. Ее лицо не искажала боль, но он знал, чувствовал, как ей плохо. По ее бледному лицу просто бежала вода. Если бы он не знал, что случилось, решил бы, что это просто дождь оставил на ее щеках свои капли. Не зная, что сказать или сделать, он просто сел к ней ближе. Она невольно отпрянула. Он дотронулся до ее волос и тихо сказал:
— Наверное, совсем не к месту. Но я тебя люблю.
Она уткнулась в его плечо, и он почувствовал капли того дождя, что именовался слезами, на своей рубашке. Крепко обняв ее, он судорожно вздохнул. Она не видела его лица, за что он в ту минуту мысленно благодарил темноту. Потому что на его щеках тоже были капли дождя. Того самого, что люди окрестили слезами. Он старался, как мог, прогнать этот дождь. Растирал его рукавом, задерживал дыхание, приказывал каплям остаться в глазах, но они не слушались. В ту ночь он научился плакать. Так же беззвучно, как она. Просто от боли. От чужой, которая так неожиданно стала его собственной. Одной рукой он гладил ее по волосам, в другой держал ее ладонь. За эти 30 минут, что они ехали к нему домой, он так привык к ощущению ее руки в своей ладони, что уже и представить себе не мог, что можно существовать иначе. Без нее. Он, кажется, начал верить в ту дурацкую сказку, что рассказывала ему мать в детстве. О том, что когда-то люди были единым целыми. Но по странной прихоти судьбы, а может,
Бога, они оказались порознь и вынуждены были всю жизнь разыскивать друг друга. Чувствуя в одной руке шелк ее волос, а в другой ее хрупкие пальчики, он вдруг понял, что это она и есть. Его девушка. Его половина.

Рокко привез Вико в свой дом. Открывшая дверь служанка тут же истошно завопила, увидев девушку с кровоподтеками и синяками на лице.
— Заткнись,- посоветовал Рокко, и, отодвинув ее, пропустил Вико в дом.
На шум примчалась мать парня. Увидев девушку, она застыла с выражением ужаса на лице.
— Рокко, ты объяснишь? — сумела наконец выдавить женщина.
— Мам, не сегодня.
— Я могу помочь?
— Да, принеси ко мне перекись, вату, ну, все, что требуется в таких случаях. ОК?
— Конечно,- ответила женщина и сделала знак горничной. Та не шевелилась, продолжая стоять, разглядывая Вико.
— Ты оглохла? Пошла живо за лекарством!- рявкнул Рокко. Бросив матери, чтобы принесла еще одну подушку, он повел Вико в свою комнату.
Усадив девушку на постель, Рокко зажег свет и включил горячую воду в ванной.
В дверь постучали. Вошли мать и горничная. Последняя поставила на прикроватную тумбочку все необходимое и скрылась.
— Рокко, можно тебя на минуту? — спросила мать парня. Кивнув Вико, он вышел.
— В чем дело?- задала вопрос женщина
— Мама, эта девушка… У нее большие проблемы, понимаешь, и я ей помогаю.
— А ее семья? — снова спросила женщина, кутаясь в халат.
— Вот семья и устроила проблемы, — ответил парень, — Мам, мне нужно идти, прости. Давай завтра поговорим.
— Хорошо. Но ответь мне на один вопрос, почему ей помогаешь именно ты?
— Потому что я ее люблю,- просто ответил Рокко.
— Тогда передай ей, что она может оставаться здесь столько, сколько пожелает, — сказала мать парня и потрепала его по волосам.
— Спасибо, — тихо сказал Рокко, — прости, что так поздно ввалился, перебудил весь дом.
— Иди, весь дом переживет. Нужна будет помощь, зови.
Рокко вошел в комнату, Вико сидела в том же положении, в котором он ее оставил. Он прошел в ванную и выключил воду, уже почти грозившую начать переливаться через край. Закатав рукава рубашки, он попробовал температуру и налил немного пены.
Он снял с Вико куртку и тихо сказал:
— Иди, я приготовил ванную. Она помотала головой.
— Что?
— Я боюсь одна, — прошелестела девушка.
Он кивнул. Взяв с тумбочки перекись и вату, он вошел в ванную и плотно закрыл за собой дверь. Осторожно ополоснув ее лицо теплой водой, он принялся обрабатывать царапины и синяки. Она больше не плакала, но на лице застыло выражение обреченности и боли. Он провел большим пальцем по ее щеке, она поморщилась. Рокко легонько коснулся губами синяка. Вико обняла его и прошептала:
— Прости.
— За что? — так же тихо спросил он.
— За то, что втянула тебя в это.
— Маленькая глупая девочка. Тебе не за что извиняться.

Он помог ей снять водолазку и джинсы. Увидев синяки на ее спине, Рокко покачнулся. Руки непроизвольно сжались в кулаки, и он со всей силы ударил по стене. Кафель, не выдержав, треснул и осыпался на пол. Она нагнулась, чтобы подобрать.
— Прекрати, горничная потом все соберет.
Он смел осколки в угол, чтобы она не поранилась. Затем отвернулся, позволив ей раздеться и сесть в ванну. Горячая вода быстро согрела. Саднящие царапины тут же дали о себе знать неприятным пощипыванием и покалыванием. Рокко опустился рядом с ванной на пол. Вытащив из воды мокрую ладонь, она потянулась к нему. Привычно взяв ее ручку в свою, он спросил:
— Не хочешь поговорить?
— Не сейчас, ладно? Я расскажу тебе. Только позже.
Он согласно кивнул. Высвободив ладонь, Вико подтянула колени ко лбу и заплакала. Он сел на край ванны и погладил ее по голове.
— Ш-ш, — тихо сказал он, — не надо. Больше этого не случится.
Пока Вико приводила себя в порядок, он расстелил постель и достал из шкафа свою футболку. Затем он лег на спину, заложив руки за голову. Вико легла рядом, снова уткнувшись в его плечо. Скоро она уснула, а он еще долго лежал, изучая глазами потолок. Сон не шел. Правая рука занемела, но Рокко продолжал лежать в том же положении, боясь пошевелиться и разбудить ее. Наволочка была мокрой, слезы, не спрашивая разрешения, струились на подушку. Он плакал. Вспоминая ее спину, изборожденную царапинами и синяками, вспоминая ее, лежащую на полу, закрыв лицо ладонями, вспоминая дрожь ее тела и свои руки в ее теплых слезах, Рокко Фуэнтэс Эчагуе проклинал всех богов, которые были ему известны. За то, что они позволили. За то, что разрешили какому-то ублюдку ломать жизнь этой девушке.

Глава 6.

Games, changes and fears
When will they go from here
When will they stop
I believe that fate has brought us here
And we should be together, babe
But we’re not
I play it off but I’m dreaming of you
I’ll keep my cool, but I’m feignin’
I try to say goodbye and I choke
Macy Gray I try

Утро в колледже началось обычно. Перепалка в буфете по причине того, что Риваролла заняла столик Колуччи, никого не удивляла, не забавляла и по большому счету не интересовала. Только Мануэль — миротворец старался разрешить конфликт.
За столиком напротив, попеременно советуя Соль заткнуться, ну или по крайней мере не визжать так громко, сидели Пабло, Гидо и Томас. На повестке дня, естественно, была зараза Спиритто, которая достала Бустаманте, сидит в печенках у Бустаманте, раздражает Бустаманте, и лучше бы ей провалиться, пока он не разозлился окончательно.
Первым не выдержал Томас.
— Пабло, а мы не могли бы сменить тему? Просто о Спиритто в 8 утра мне хочется говорить меньше всего,- предложил парень.
— Да кто о ней говорит?- удивился Пабло.
— Да ты трещишь о ней уже полчаса как,- возмутился Гидо,- может, поговорим о нашем соседе, который Рокко? Он, кстати, сегодня не ночевал. Признаюсь честно, я его не трогал.
— Действительно, странно,- пробормотал Томас, — и Пасс нет, хотя если бы они ночевали в школе, то уже появились бы. Выходит, сбежали.
— Нет, что эта кретинка о себе думает, — продолжал тараторить Пабло, — пора бы ей понять наконец, кто такой Пабло Бустаманте!
— Пора бы тебе понять, Пабло, — буквально заорал Томас,- что ты помешан на Спиритто, что ты сходишь с ума по Спиритто, так что забирай свою прелесть и исчезни куда-нибудь на пару дней. И мы отдохнем от тебя, и добрая половина школы тебе спасибо скажет.
— Я???- задохнулся от возмущения Пабло.
— Эскурра, не успела войти, уже свою фамилию слышу, соскучился?- насмешливо сказала вошедшая Марисса, садясь за столик рядом с Лухан.
— Если честно, не хватало твой рыжей головы, всегда устраивающей нам неприятности, — улыбнувшись, сказал Томас.
— Моя рыжая голова здесь, можешь любоваться, и хватит трепать мою фамилию без повода.
— Фамилия твоя не у меня с языка не слезает, а у этого, — Томас кивнул на Пабло, ставшего почему-то одним цветом с его красной футболкой.
— Удивил,- потеряла интерес Марисса,- иногда мне кажется, что моя фамилия — лучшая музыка для его ушей, он так любит ее повторять.
— Заткнись, Марисса, а тебе, Эскурра, я это припомню, — пообещал Бустаманте, и, поднявшись со стула, отправился в класс.
— Где Фуэнтес Эчагуе? — прогремел Бласс на весь кафетерий.
— А что вы им так интересуетесь? — хитро улыбаясь, спросила Спиритто, — за штаны рассчитаться хотите?
Бласс, скрипя зубами, сказал, посмотрев на Анну
— Если понадобиться укоротить длинный язык, обращайся, с радостью помогу. На урок все! А ты, Спиритто, бери Бустаманте, и к директору. Будете там отчитываться за вчерашний инцидент.
— А что было вчера?- изумилась девушка, — ничего не помню. Я вроде спала мирно в своей постельке.
— Хватит паясничать, к директору, живо!
— Ладно, сбавь обороты, придется навестить Дуноффа, только Бустаманте сам ищи, а то этот придурок на меня неадекватно реагирует.
— Спиритто, ты бы лучше спросила, кто вообще в этом колледже на тебя адекватно реагирует,- с тоской произнес Бласс.
— Я, — в один голос сказали Лухан и Ману.
Скептически оглядев добровольцев, Бласс подметил:
— В семье не без урода, тем не менее, Спиритто, обязанность притащить Бустаманте к директору ложится на твои плечи. Иначе я доложу сеньору Дуноффу, что вы оба старались увильнуть от разговора с ним, и от наказания, которое грозит вам как следствие данного разговора,- Эрредиа хитро улыбнулся.
— А какого черта я, сеньор староста, должна выполнять вашу работу? — возмущенно спросила Марисса.
— Не переломишься, у меня хватает забот,- оборвал ее Бласс.

Тяжело вздохнув, Спиритто направилась на поиски уже порядком надоевшего ей мэрского отродья. Отродье не заставило себя долго ждать, оказавшись в коридоре. До класса Пабло так и не дошел, встретив очаровательную второкурсницу. Мило улыбаясь девушке, парень рассказывал ей, очевидно, что-то смешное, так как та постоянно хохотала. Скривившись, Спиритто подошла к парочке, притянула к себе Пабло и поцеловала его, властно положив ладонь на филейную часть его тела. Оторвавшись, наконец, от оторопевшего парня, Марисса, небрежно поправив волосы, произнесла:
— Котик, Эрредиа приказал явиться к директору. Намечается разбор полетов за наши вчерашние игры.
Затем Марисса хихикнула и, заговорщически подмигнув девчонке, сказала:
— Кто же знал, что заниматься этим в холле колледжа строго воспрещается. Или они живут по принципу, некогда провозглашенному в Советском Союзе? Мол, в Элитном пути секса нет?
Девушка, не раздумывая, отвесила Пабло пощечину и, круто развернувшись на каблуках, стремительно исчезла. Пабло даже не пытался ее остановить. Парень только смотрел на Спиритто.
— Чего уставился? Я же пошутила. Ну, давай, начинай орать, что я идиотка гребаная, которая тебе портит жизнь,- миролюбиво предложила Марисса.
— Иди к черту, Спиритто. Я настолько привык к твоим гадостям, что даже злиться больше не могу. Ты же не виновата, что мозгами обделена.
— Такие, как я, тоже нужны,- парировала Мари, — а на фига тебе сдалась эта вобла? Жалеть особо не о чем.
— А если она мне действительно нравилась?
— Тебе все действительно нравятся ровным счетом до того, пока не затащишь в постель.
— И откуда ты взялась такая осведомленная о моей личной жизни? — усмехнувшись, спросил Бустаманте.
— Позвони Соне Рей, она тебе поведает о моем происхождении. Мамуля давно уламывает Дуноффа, чтобы он позволил ей вести у нашего курса уроки сексуального воспитания.
— Дура, я не об этом.
— Сам дурак, пошли лучше к директору, — девчонка спрыгнула с подоконника.
— Пошли,- горестно вздохнул Пабло,- мне проблемы не нужны.
— Не парься, супермен, мы их уже заработали, — воодушевленно сказала Спиритто, — одной больше, одной меньше, хуже не будет.
— Что я здесь делаю?- спросил Пабло, скорее у себя, чем у девушки, идущей рядом.
— Задался риторическим вопросом? К счастью, у меня есть на него ответ, тебя сюда запихнул твой ненормальный папочка, дабы ты смог, окончив сие славное заведение, занять его место, став таким же уродом, как он.
— Все гораздо проще, я спросил, что я делаю рядом с тобой,- ответил Пабло, пропустив мимо ушей оскорбление в адрес его отца.
— Признайся, супермен, без меня тебе было бы скучно,- Марисса хитро сощурилась.
Ответить Пабло не успел, так как они вошли в кабинет директора, который, тут же приняв менторский тон, начал выяснять версию Бласса о вчерашнем инциденте.

Глава 7.

Too many roads dead-end streets
I lost my way endlessly
looking for something
to restore my faith
and give me the strength to fight again

Too many words beat me hard
cos they never meant what they said they would
I have been taken, broken, abandoned alone
I guess I was resigned to give in

Michelle McManus The Meaning Of Love

Проснувшись, Рокко долго смотрел на нее. Затем, осторожно вытащив руку из-под ее головы, парень встал и выглянул в окно. Солнечный луч равнодушно прошелся по его лицу, Рокко взъерошил волосы.
— Привет, — сонно произнесла Вико, сев на постели.
— Привет,- ответил Рокко, обернувшись.
Девушка встала, надела удобные теплые тапочки и подошла к зеркалу. Критически осмотрев себя, она заключила:
— В школе пару дней лучше не появляться.
Рокко приблизился к ней, аккуратно развернул ее лицо к свету и осмотрел синяки.
— Скоро пройдет, не волнуйся. Даже шрамов не будет.
— А это что?- спросила Вико, указывая на правый глаз.
— Просто сосуд лопнул от перенапряжения, тоже пройдет,- пожал плечами парень,- завтракать будешь, я принесу?- предложил он.
— Нет,- Вико помотала головой, — не хочу.
— Ладно, — согласился Рокко, — тогда попозже. Только обещай, что поешь?
Она кивнула.
— Вико, — начал парень,- ты останешься здесь.
Она хотела что-то возразить, но Рокко оборвал ее:
— Я так решил, и это не обсуждается, так что не сотрясай попросту воздух своими аргументами. Ты остаешься здесь и точка.
Она посмотрела на него и тихо произнесла:
— Я хочу рассказать тебе.
— Я не требую,- он покачал головой,- только если ты сама хочешь.
— Я хочу, — сказала девушка.
Привычным жестом она взяла его за руку, и, сев на кровать, начала.
— Этот человек, как ты уже понял, мой отец. Гектор. Я тебе не говорила, потому что мне было стыдно. Я думаю, ты понимаешь, почему, — она прервалась, стирая набежавшие слезы. Рокко лишь крепче сжал ее ладонь.
Набрав побольше воздуха, Вико выдавила:
— Он меня избивает.
Рокко зажмурился, пытаясь побороть это нахлынувшее ощущение слабости, бессилия и тупой боли. Открыв глаза, он посмотрел на нее и тихо сказал:
— Если тебе больно, то не рассказывай.
— Я должна, — твердо ответила Вико,- если я не сделаю этого сейчас, мне будет еще больнее. Я должна этим с кем-то поделиться. С тобой.
Рокко сел ближе к ней, прижал к себе другой рукой и попросил:
— Продолжай.
— Это началось давно, когда мне было пять. Понимаешь, у моего отца черепно-мозговые травмы. Он совсем не умеет себя контролировать и часто выходит из себя. И тогда агрессия захлестывает его, он не понимает, что творит. Он психически нездоровый человек. Не думай, что я сама поставила ему диагноз, это факт. Он параноик. Я знаю, этим все страдают в той или иной степени, но у него это настоящая мания. Ему постоянно кажется, что все хотят ему навредить, обидеть, все желают ему смерти. Он даже запрещал моему брату Августо общаться с его приятелями, когда тот был подростком, потому что ему казалось, что друзья его сына настраивают мальчика против отца. Он рассказывал какие-то совершенно жуткие вещи, убеждая в них то нас, то себя. Маме с ним приходилось очень тяжело. Она стеснялась выходить с ним на улицу, потому что он вел себя неадекватно. Он даже не работал, считая, что такому как он, должны платить просто за сам факт существования. Когда я была ребенком, он бил меня. Не так, как родители бьют своих детей, наказывая. Он бил меня, искренне наслаждаясь тем, что мне больно. И тем, что я панически его боюсь. Сначала это происходило за что-то. Как бы выразиться, формально было наказанием за проступки, но это самое наказание всегда намного превосходило тяжесть совершенного проступка. Потом он стал избивать меня просто так. Ему нравилось, что синяки на моей коже появляются просто от легкого нажатия, он часто практиковал это. Я помню, как еще совсем маленькой закрывалась от него в своей комнате, а он колотил в дверь всем, что подворачивалось под руку, стараясь открыть ее любой ценой, лишь бы вытащить меня. Когда приступы садизма проходили, он убеждал меня молчать, просил прощения, скупал сладости мешками, задаривал меня игрушками. Я тогда ничего не понимала еще, но уже тогда, будучи пятилетней девочкой, я четко осознавала, что так быть не должно. Я все же рассказала матери. Она не поверила. Она отказывалась верить в то, что ее муж ублюдок. Наверное, любила, не знаю. А брату до меня никогда не было дела. Тем не менее, мама долго не выдержала, и они расстались. Он совсем не хотел работать, к тому же нашел себе любовницу. Когда он ушел, мне было 13. Я благодарила Бога. К тому времени я же все понимала. Я четко идентифицировала, что происходящее со мной — это не что иное, как насилие в семье. Но у меня не было человека, способного меня защитить. Да я и ни к кому не обращалась. Я боялась отца. Жутко. Панически. Он всегда так ужасно кричит. Как только он начинал кричать, у меня начинались конвульсии, истерика и судороги. Меня била дрожь в такие моменты, а он говорил, что лгу. Что все это не больше, чем исполнение. Он никогда мне не верил.
Вико высвободилась из рук Рокко и подошла к окну. Уставившись невидящим взглядом на улицу, она продолжила:
— Потом все изменилось. Когда он ушел. С мамой жить тоже было сложно. Но она никогда не поднимала на меня руку. Она стала замечать, что со мной творится что-то странное. Тогда у меня были проблемы с общением, со сверстниками. Это было до Элитного Пути. Я училась в другой школе. Там почти ни с кем не дружила. Мать потащила меня к психиатру. Пошли длинные месяцы психотерапии. Знаешь, я никогда не понимала, что такого замечательного находят американцы в личном психиатре. На самом деле, психотерапия — вещь далеко не самая приятная. Представь, что кто-то читает твой личный дневник. То, где ты пишешь, самое сокровенное. Вот что такое психотерапия. Я так устала от этого всего. Но врач помог мне. И, придя в Элитный Путь, я начала вести себя иначе. Я изменилась. Но перегнула палку. Решив стать раскрепощенной девочкой, я стала просто доступной. Меня стали считать шлюхой, небезосновательно, естественно. Мне плевать, если честно. Все эти уроды мажористые понятия не имеют, что такое лежать на полу и закрываться от ударов, когда над тобой нависает пьяное тело и кричит, что ты тварь. Мия. Я люблю ее. Она мне почти сестра, но иногда она меня так раздражает. И знаешь, чем? Она просто не умеет ценить то, что у нее есть. Я не завидовала ее мальчикам, одежде, косметике. Единственным, чему я всегда завидовала, был ее отец. Настоящий. Любящий. — Вико замолчала.
Рокко подошел к ней и обнял.
— Все началось снова, когда я переехала к нему. Мать бросила меня, Августо живет в другом городе с женой. Мне некуда было идти. К тому же у него была другая семья, я думала, что он изменился. Знаю, глупо, но я надеялась. Гребаный оптимизм. Всегда надеюсь на хорошее. Его жена ушла от него вскоре по той же причине, он ее бил. И тогда он переключился на меня.
— Значит, поэтому ты всегда в кофтах с длинными рукавами,- пробормотал Рокко. Она кивнула, размазывая слезы по лицу.
— Знаешь, все бы ничего, я даже научилась защищаться. Но когда он начинает кричать, я не знаю, что со мной делается. Я как будто возвращаюсь в прошлое, снова становлюсь той слабой маленькой девочкой. Я так же веду себя. И его боюсь так же. — Она замолчала.

Рокко, не отрываясь, следил за солнечным лучом, рисовавшим узоры на стене.
— Теперь ты все знаешь, — наконец сказала Вико, нарушив тишину, — я пойму, если не захочешь больше со мной общаться. Кому нужна такая проблемная подружка. К тому же еще и бывшая шлюха.
— Вико, — не выдержал парень, — тебя твой кретин-папаша по голове не бил? Что ты за хрень несешь? Попробуй подумать только еще раз о таком,- пригрозил Рокко.
Вико невесело улыбнулась.
— Я, наверное, тебя люблю, — вдруг сказала она.
— Вот это уже дельная вещь, — согласился он, — только, когда соберешься говорить мне это в следующий раз, избавься от «наверное», оно меня смущает, ок?
Он провел рукой по ее волосам и прошептал:
— Никто — слышишь, никто — больше не причинит тебе боли. Я обещаю. Верь мне.
Она кивнула и обняла его.

Глава 8.

-Я понятно выражаюсь? — вопрошал гневный Дунофф, — месяц без права выхода. И попробуйте только нарушить мой запрет, это может плохо кончиться. В особенности для вас, Спиритто.
Марисса собиралась было возразить, но Пабло наступил ей на ногу, давая понять, что придержать язык за зубами будет лучшим в данной ситуации.

Выйдя из кабинета директора, Пабло вздохнул.
— Спиритто, какого черта ты все время втягиваешь меня в неприятности?
— Я втягиваю? — возмутилась девчонка, — ты сам тогда приперся, мы с Рокко и вдвоем справились бы. Какого лешего тебе понадобилось следить за мной?
— А на фига ты соврала, что спишь с Блассом?
— А тебе-то что? Это волнует лично тебя?
— Выяснить отношения у вас возможность еще будет, дорогие мои,- прервал их выросший откуда-то Бласс.
— Тебе чего? — огрызнулась Марисса.
— Повежливее, Спиритто. Вы считаете, что отделаетесь наказанием директора, наивные вы мои? — Бласс хитро улыбнулся.
— А что ты придумал, гениальный ты наш?- съязвил Пабло.
— Книги в библиотеке давно нуждаются в чистке, возьмете пылесос в уборной, и вперед. А понадобится консультация, обращайтесь к Агирре, он у нас специалист в данной сфере, получил грандиозный опыт в прошлом году. Так что вперед, друзья мои! — скомандовал староста, весьма довольный собой.
— А можно полюбопытствовать, за что мы удостоились такой чести? — спросила Марисса.
— За то, что устроили вчерашним вечером. Вперед, — повторил Бласс.
Пабло схватил пытающуюся спорить со старостой Спиритто, и потащил по коридору.
— Какого черта? — спросила она, успокоившись, но гневно глядя на него.
— А тебе книг мало, дорогая, хочешь заниматься общественными работами на благо учреждения в течение недели? — резонно спросил Пабло.
— Ладно,- пробурчала Спиритто, — но уборку это треклятую я делать все равно не стану. Давай лучше подумаем, как отвертеться. У этого козла нет таких полномочий. Я сюда поступала не библиотеку драить, а учиться.
— Да, в учебе ты особенно преуспела! — заметил Пабло.
— Молчал бы,- посоветовала Марисса.
— Все, я не в настроении препираться. Есть одна идея, — сказал мэрский отпрыск и извлек из кармана мобилку. Быстро набрав номер, он попросил секретаршу соединить его с отцом. Марисса вздохнула и произнесла:
— Естественно, другого и не ожидала, звоним папочке.
— Заткнись, а?- оборвал ее Пабло, — еще благодарить будешь. Алло, папа? — встрепенулся парень, услышав в трубке знакомый голос.
— Папа, у меня проблемы. Нет, серьезные на этот раз. Ты же в курсе, что такое эксплуатация детского труда, да? Так вот с подачи Дуноффа здесь это практикуется,- соврал Пабло,- Дунофф, сговорившись со старостой, чтобы не платить уборщице, заставляют учеников драить полы, пылесосить книги в библиотеке. Кстати, меня заставили делать именно последнее, и знаешь, за что? Я целовался с девушкой. Я и не знал, что здесь это запрещено,- наигранно жаловался Пабло,- пап, ты же меня поддержишь? Что за девушка? Э-э, Спиритто, — Пабло отставил трубку от уха, игнорируя вопли Серхио, — да, Марисса и что? — спросил парень, когда отец успокоился,- ты же всегда говорил, что она умнее, чем я. Буду учиться у нее. Поможешь? — услышав утвердительный ответ, Пабло улыбнулся и отключил телефон.
— Бустаманте, ты помешался? — вымолвила, наконец, молчавшая до этого момента Спиритто.
— Лучше бы поблагодарила, — укоряющее произнес Пабло,- для нас обоих старался. Зато наказания теперь нет. Мы свободны.
— Да? — оживилась Марисса, — тогда я пошла.
Она развернулась, собираясь уйти, но Пабло схватил ее за руку.
— И ты думаешь, мой отец так легко поверит, что я встречаюсь с тобой?
— А что ты предлагаешь?- Марисса подозрительно посмотрела на него.

— Ну…,- Пабло почесал затылок, — нужно продемонстрировать ему это наглядно.
— И?
— И сейчас мы будем тренироваться,- торжественно произнес Пабло, — ну, чтобы выглядело убедительно.
— Что нужно сделать, чтобы он поверил?- Марисса улыбнулась.
Бустаманте приблизился к ней и прошептал:
— Я думаю, это будет хорошим доказательством, — он осторожно коснулся ее шеи, обдав кожу горячим дыханием.
— А если я сделаю так, то у него не останется сомнений, — он легонько укусил ее за ушко, — она рассмеялась.
— Нет, — покачала она головой, отпрянув.
— Нет? — удивился Пабло.
— Нет, — повторила она, — я думаю, этого будет мало.
— А вот это, — Марисса коснулась губ парня и прошептала:
— Пожалуй, в самый раз.
— Тебе трудно возразить, — Пабло притянул ее к себе, — но чем больше мы будет тренироваться, тем убедительнее это будет выглядеть.
— Сколько у нас времени до его приезда?- спросила Марисса, нехотя отрываясь от него.
— Я думаю, пара часов есть,- ответил Бустаманте, и, взяв ее лицо в ладони, продолжил занятие.
— Этого хватит, — обнимая его, прошептала она.
— Для всесильного мэра, может, и достаточно, — согласился Пабло, — но от меня отделаться будет проблематично.
— Еще недавно ты задавался вопросом, что делаешь рядом со мной.
— И я нашел ответ.
— Поделишься? — спросила она, запуская руки в его шевелюру.
— Каждый день, каждую минуту,- в промежутках между поцелуями шептал Пабло, — я влюбляюсь в тебя.

Глава 9.

— Рокко, ты куда?- спросила Вико, выйдя из ванной и застав парня с рюкзаком в руках.
— В школу,- ответил Рокко, — я ненадолго. Ты отдыхай, ладно? Тут, — он махнул рукой на шкаф,- видеокассеты и диски DVD, а здесь магнитофон. Погуляй по дому, если хочешь. У нас очень большая библиотека, может, заинтересуешься чем-нибудь.
— А ты точно скоро вернешься? — спросила Вико, недоверчиво глядя на него.
— Обещаю,- он поцеловал ее в щеку и вышел из комнаты.

Поймав такси, Рокко извлек мобильный телефон, и, найдя в записной книжке* нужный номер, нажал на кнопку вызова.
— Алло? Мартин? Это Рокко, привет. Да, все хорошо. Папа — отлично. Нет, я по другому делу. Мартин, можешь одолжить наручники? Нет, просто у меня проблемы. Я понимаю, обещаю, завтра же верну. Дашь? Спасибо, Мартин, я через полчаса буду у тебя. И еще, не говори родителям, ладно? Спасибо.
Через 30 минут Рокко Фунэтес- Эчагуе вошел в здание полицейского участка.
— Простите, а где я могу найти офицера Суареса? — парень на проходной кивнул и исчез.
Через минуту показался Мартин.
— Привет,- сказал он, — выйдем на улицу?

Сев на скамью перед серым, унылым зданием полиции, Рокко открыл рюкзак. Спрятав наручники, он улыбнулся и сказал:
— Спасибо, выручил. Я верну завтра, как и обещал. Не волнуйся, на меня можно положиться.
— Рокко, тебе точно не нужна помощь?- спросил Мартин.
— Нет.
— Ладно, надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
Рокко кивнул.
— Я могу рассчитывать, что этот разговор останется между нами? — спросил парень.
— Обижаешь, когда я тебя подводил? — покачал головой Мартин.
— Мне пора, — Рокко поднялся, — До завтра.
— Удачи, — пожелал Мартин.
— Не помешает,- согласился Рокко.
— Если что, ты знаешь, как меня найти.

Когда парень подошел к дому Вико, дверь была крепко заперта. Обойдя строение с обратной стороны, он нашел окно. Поднявшись на карниз, Рокко просунул руку в открытую форточку и поддел шпингалет. Справляясь с фрамугой, Рокко едва не упал. Окно никак не поддавалось, и парень поранил ладонь. Слизнув кровь, он перекинулся через подоконник и спрыгнул на пол. Оказавшись в доме, Рокко огляделся.
Помещение оказалось комнатой отца Вико. Рокко мысленно поздравил себя с удачным началом операции. Мужчина спал, лежа на полу. По разбросанным повсюду бутылкам и запаху дешевого алкоголя парень идентифицировал степень опьянения.
Улыбнувшись своему везению, Рокко вытащил из заднего кармана джинсов пару перчаток. Надев их, он закатал рукава рубашки и принялся за работу. Оттащить здоровенного мужика к батарее было делом нелегким, Рокко неоднократно останавливался, стирая пот с лица и переводя дыхание.
Достигнув, наконец, пункта назначения, парень облегчено вздохнул. Покопавшись в рюкзаке, Рокко выудил оттуда веревку. Затем крепко связал ноги предполагаемой жертвы, и, пристегнув руки все той же жертвы к батарее наручниками, он вставил мужику в рот кляп. Закончив приготовления, парень извлек из рюкзака принесенную бутылку самого дешевого виски, решив, что Гектор любит исключительно дерьмовое пойло. Взболтав ее, Рокко принялся ждать. Парень разглядывал отца Вико. Ублюдок,- резюмировал он. Ублюдок и есть. Как таких земля носит. Рокко поднялся и прошелся по комнате, стараясь ничего не трогать. Но не сумел сдержаться, увидев на тумбочке Гектора фото Вико. Разбив рамку, парень смел осколки и спрятал в рюкзак. А фотографию убрал во внутренний карман куртки. Посмотрев на ладони мужчины, Рокко невольно съежился, представив, как этот урод бил Вико. Рокко пнул, что было силы, мужика и снова полез в рюкзак. Расстегнув двойное дно, парень вытащил отцовский пистолет. Зарядив оружие, он набрал воды и окатил мужчину. Не добившись нужного эффекта, Рокко решил просто подождать.
Прошло около 3 часов, когда этот козел пришел в себя. Он замычал, давая понять, что хочет что-то сказать. Рокко вытащил кляп и вопросительно посмотрел на него.
— Ты кто? — было первым вопросом, обращенным к парню.
— Смерть с косой,- усмехнулся Рокко.
— Не понял,- рассеянно ответил мужик и, оглядев себя, истошно заорал.
Рокко приставил к его лбу пистолет и спокойно произнес:
— Выбирай, или ты затыкаешься, или я вышибаю тебе мозги. Лично я бы выбрал первое,- посоветовал он.
Затравленно поглядев на оружие, мужик замолчал.
— Говорить буду я, а ты слушать.
Мужик кивнул.
— Я, как ты вероятно, уже понял, парень твоей дочери. Хотя ее отцом ты можешь называться едва ли. Начинаю верить, что пути Господни неисповедимы. Так вот. Я тебя сейчас предупреждаю. Мне терять нечего. Я даю тебе пару дней, чтобы переписать этот дом на Вико и убраться из города. Иначе у меня масса вариантов,- Рокко уселся напротив и начал объяснять.
— Первое: Посмотри на себя, ты связан. Лишен возможности двигаться. Как я входил в этот дом никто не видел. Отпечатков нет, как видишь,- Рокко кивнул на перчатки, — я предусмотрительный. Все соседи знают, что ты злоупотребляешь алкоголем. Видишь эту бутылку? — Рокко указал на принесенное виски. Мужчина кивнул.
— Я просто залью тебе его в глотку. Ты не переживай,* у меня с собой еще пара бутылок, и напою до смерти. Кстати, заметь, я пацифист, добрейшей души человек, но ради тебя я готов забыть об этом. А затем, когда ты подохнешь, я спокойно пойду домой. И ни одна собака меня не заподозрит. А если и заподозрит, то меня отмажут. Для непосвященных сообщаю, фамилия моя — Фуэнтес Эчагуе, то есть Я сын одного из самых влиятельных бизнесменов в стране. Все очень просто обставить, я в состоянии аффекта, защищая любимую девушку, убил ее отца-ублюдка, который издевался над ней, избивая. У Вико сейчас полно синяков, побои снять — плевое дело. Если папа дело не прикроет, то меня все равно не посадят. Я несовершеннолетний, к тому же психически неустойчивый. И справочка имеется. Максимум я за тебя получу необходимость посещать психиатра пару лет. Ну, а это я как-нибудь переживу. Если же ты соглашаешься уехать, а сам остаешься, решив меня развести, то переходим ко второму варианту развития событий. Вико снимает побои, я рассказываю отцу о том, как ты с ней обращался. Вико пишет заявление на тебя, отец помогает раскрутить дело, которое получает огромную огласку, и тебе дают срок. И срок, поверь мне, немаленький. Вполне вероятно, что тебя сочтут ненормальным и отправят в психушку, но это легко исправить. Видишь ли, для отца я — все, и он поможет упечь тебя при любом раскладе. А знаешь, что на зоне делают с теми, кто причиняет боль детям? Я думаю, ты слышал. Ну так как? Что выберешь? — Рокко хладнокровно начал откупоривать бутылку.
— Первое,- судорожно сглотнув, ответил мужчина.
— Правильный выбор. Только запомни, ты никогда больше не появишься в ее жизни. Мои слова будут в силе, что бы ни произошло. Я буду следить за тобой.
Тот кивнул.
— Отлично,- произнес Рокко и подошел к мужику, намереваясь вставить кляп.
— Ты что делаешь? — затараторил мужик, — ты что меня так и оставишь?
— Так и оставлю, не переживай, я позвонил твоей бывшей жене. Ее ты, кажется, тоже избивал. Так вот, только тронь ее, и я начну приводить в действие то, о чем поведал тебе. Она приедет через минут 20 и развяжет. А пока посиди, не умрешь. И запомни, чтобы через 2 дня тебя здесь не было,- Рокко вставил ему снова кляп в рот и покинул дом тем же путем, каким и попал в него.

— Ты пришел?- бросилась ему навстречу Вико, едва он вошел в комнату.
— Пришел. Иди ко мне,- тихо позвал он. Вико скользнула к нему на колени и прижалась губами к его макушке.
— Теперь все будет хорошо,- устало сказал парень,- пока я жив, никто не сделает тебе больно.
— Ты меня пугаешь, Рокко,- произнесла Вико.
— Ш-ш, тебе больше нечего бояться. Я всегда буду рядом.

Эпилог.

Just what I’ve been waiting for
lifted me up
guided me out from the dark
Just when I needed it most
You showed me the meaning of love
Michelle McManus The Meaning Of Love

Рваные облака устилали небо. Свежий ветер ерошил волосы парня и девушки, сидевших в обнимку на побережье.
Он потрепал ее по щеке и тихо сказал:
— Синяки почти сошли.
— Угу, — кивнула она.
— Что сказал Августо? Это же он звонил вчера, да?
— Да. Сказал, что приедет через неделю. Они разводятся. Кажется, ее родители помешали семейной жизни.
— Значит, вернешься домой,- грустно протянул Рокко.
— Вернусь,- сказала она,- не могу же я вечно жить у тебя.
— А я не против, и моим родителями ты нравишься,- улыбнувшись, сказал парень.
— У нас еще будет возможность пожить вместе. А сейчас я должна вернуться домой. К тому же, теперь это мой дом. Он, перед тем, как исчезнуть, переписал его на меня. Странно, что он так исчез, ничего не сказав. Хотя я рада. Наверное, это неправильно, но я рада. Я была бы даже рада, если бы он умер. Я его ненавижу.
— Не думай об этом. Забудь. Это прошлое. Его нельзя изменить, но мы живем здесь и сейчас, и здесь и сейчас мы счастливы. И я не считаю это неправильным. Он не имеет права называться твоим отцом. А пропал, так это не важно. Может, все же осознал, как виноват.
— Я никогда не буду бить своих детей, — прошептала Вико, глядя на океан.
Рокко сжал ее теплую ладонь и спросил:
— А может, наших?
— Не пугай меня, нам всего по 16,- шутливо отмахнулась Вико.
— Но нам не всегда будет 16,- ответил Рокко.
— Но мы не всегда будем вместе,- продолжила Вико.
— Не обижайся, но мне сейчас действительно кажется, что этот придурок тебе голову повредил. Ты иногда говоришь такие глупости, — нахмурился парень.
— Рокко, ты и вправду веришь, что в 16 можно полюбить навсегда?- спросила девушка, недоверчиво глядя на него.
— Я не просто верю. Я знаю. И прекрати задавать мне глупые вопросы. Вот школу закончим и поженимся. Это не обсуждается.
— Мне нравится ваша решительность, синьор Фуэнтес Эчагуе,- рассмеявшись, сказала Вико.
— А вот это уже другой разговор. Вико, а твой брат, он вообще как? — спросил парень, переводя разговор на другую тему.
— Августо? Мы с ним не ладили. Но руку он на меня не поднимал никогда. Из двух зол выбирают меньшее, мне же нужен опекун. Матери на меня давно плевать, так что брат — единственное, что остается. До совершеннолетия потерплю.
— Ты только скажи мне сразу, если он что-то сделает не то, ладно? — попросил парень,- я сумею его угомонить.
Вико кивнула и встала. Она побрели по пляжу, держась за руки. Рокко швырял камни, и они, отпрыгнув несколько раз от водной глади, плавно опускались на дно.
Помолчав, Вико спросила:
— Рокко, как думаешь, одиночество ведь нельзя делить с кем-то другим, верно?
Он согласно кивнул.
— Тогда мне не нужно больше одиночество. Потому что все, что у меня есть, я хочу делить с тобой.
Парень улыбнулся и произнес:
— Мне очень нравится эта идея. С чего начнем?
— Как насчет бутылки абсента?

by Karakum

Остриё прошлого

Открыть
86
0

Ночь в прачечной и её последствия

Открыть
104
0
У вас нет доступа к комментариям
2018 Rebelde Way - сериал Мятежный Дух (Мятежный Путь)
Архивные и свежие новости, музыка, видео, отборные фотографии актеров сериала и много всего интересного.

Яндекс.Метрика      
Translate